Что касается нашего отношения к НАТО, мы хотим только одного, чтобы эти отношения были такими, как договаривались в 1997 году, когда был подписан основополагающий акт Россия – НАТО. А именно, равноправными и основанными на принципах неделимости безопасности, чтобы, как тогда договорились, никто не укреплял свою безопасность за счет безопасности других. Если наши натовские партнеры настороженно относятся к идее договора, который мы предлагаем, то это означает только одно: ведь внутри НАТО существуют юридические обязательства, которые гарантируют, что для членов НАТО безопасность неделима, и если они считают, что эта привилегия должна распространяться только на членов Североатлантического альянса, значит, все заверения и заявления о том, что в Европе больше нет и не будет разделительных линий, были неискренними. Наш договор как раз направлен на то, о чем говорили наши западные партнеры в 90-е годы, то есть материализовать наши отношения в прочные международно-правовые рамки. Это тест на искренность, если хотите 

Никогда не следует вводить войска в Афганистан на длительное время. Войска можно использовать только тогда, когда перед ними там стоят четко очерченные задачи. После этого их надо немедленно выводить. Ни в коем случае нельзя допускать их втягивания во внутренние разборки между различными кланами или применять их в интересах тех или иных политиков. Что самое важное, для того, чтобы эффективно бороться с религиозным экстремизмом, надо предлагать людям альтернативу. Нельзя уничтожить экстремизм с использованием насилия – надо обеспечить людям будущее. Необходимо вкладывать средства в инфраструктуру, образование и профессиональную подготовку. Я никогда не был коммунистом, но знаю одну вещь наверняка. В двадцатые годы Советы успешно боролись с экстремистским движением басмачей в Средней Азии, строя школы в Узбекистане и Таджикистане. Именно так достигается победа 

Россия готова поставлять свои вертолеты только на коммерческой основе, но пока в Москве так и не поняли, готовы ли натовцы платить. Еще большее беспокойство России вызывает тема наркотиков. "Пока мы видим бездействие сил в НАТО в связи с наркоугрозой. Для нас это один из ключевых вопросов — ежегодно из-за потребления героина мы теряем 30 тыс. граждан",— отметил он. По словам дипломата, Россия давно предлагает НАТО создать вокруг Афганистана систему поясов безопасности и тесно работать с ОДКБ, однако альянс уклоняется от такого сотрудничества. Наконец, сложно идут переговоры и о транзите летальных грузов (оружия, техники и боеприпасов) через территорию РФ, идею которого генсек НАТО выдвинул в Москве. "Пусть натовцы сначала наладят транзит нелетальных грузов, о котором мы говорим почти два года, а потом перейдем к предметным переговорам по летальным",— заявил господин Рогозин 

Вопрос этот обсуждается здесь в штаб-квартире НАТО, безусловно, поскольку именно НАТО там присутствует, военно-политический альянс. И многие экономические проекты так или иначе согласуются со структурами НАТО. Но думаю, что наша позиция здесь должна быть максимально проста: мы должны исходить из того, что нас интересуют не коррупционные схемы. То есть нас интересует то, чтобы российские специалисты, российские частные компании в данном вопросе находились, ну, в равноправной ситуации, так сказать, с другими компаниями. А то получается частенько совсем наоборот: под видом всевозможных тендеров вдруг мы, предоставляя своим более благоприятные условия, проигрываем, а эти заказы получают другие

Последние события в Афганистане, связанные с активизацией движения «Талибан», не дают нам надежд на то, что военный контингент станет противостоять распространению наркотиков. Их производство в Афганистане в 2008 году составило 7700 тонн опия-сырца, это более чем в 40 раз выше, чем в 2001 году, до ввода международных сил. Более того, у афганской наркоиндустрии появились лаборатории по производству особо чистого, «кристаллического» героина. Выращивание, культивирование опийных культур и производство героина стало основой жизнедеятельности более 3 млн человек. Это почти 13% населения Афганистана. Только в провинции Гильменд за последние четыре года посевные площади увеличились в пять раз, а урожайность выросла до 50--55 кг опиума-сырца с гектара, превысив почти в два раза урожайность опия в странах «золотого треугольника». Согласно экспресс-оценке управления ООН по наркотикам и преступности, в 2008 году площади культивирования конопли в Афганистане увеличились еще на 18%, страна и по этому виду наркотика вышла на первое место в мире

Наблюдая за тем, как ведут себя сейчас западники в Афганистане, я сейчас по-новому смотрю на итоге нашей кампании в Афганистане. Нам-то казалось, что это было серьёзнейшее поражение. Мы ушли, чуть ли не проиграли войну, Афганистан – это могила для империи, много чего было сказано. Что частично правда. Но посмотрите, какая разница! Мы там действовали в одиночку. Это, конечно, тоже была большая политическая ошибка. Нельзя было заходить в Афганистан в одиночку, надо было тащить за собой ГДР, Польшу, Чехословакию, Варшавский договор, как это американцы сделали очень грамотно. Мы вошли туда в одиночку, удерживали политический режим, нравится он кому-то, не нравится, но он был достаточно стабилен. И главное, что мы действовали там вопреки всему западному миру. Нам все мешали...

У России, давно понявшей, что элементы ПРО в Польше и Чехии не годятся для борьбы с иранской ракетной программой, возникал вопрос: против кого на самом деле американцы устанавливают это оружие в непосредственной близости от российской границы? А не нейтрализация ли российского ядерно-ракетного потенциала их истинная цель? Неловкие объяснения Вашингтона и отказ пускать наших военных наблюдателей на эти объекты ПРО только укрепляли это подозрение. Осенью 2008 г. президент Дмитрий Медведев заявил о готовности Москвы развернуть свои ракетные комплексы малой дальности «Искандер» в Калининградской области

Президент Барак Обама и министр обороны Роберт Гейтс вовремя исправили грандиозную ошибку предыдущей администрации. Эта ошибка могла бы сделать мир ещё более опасным. Но справедливости ради надо сказать: новые инициативы Обамы вызывают резонные вопросы и в России. Да, с одной стороны, убирается один из раздражителей в российско-американских отношениях и открывается путь к заключению нового договора о сокращении СНВ. С другой стороны, России нужны гарантии того, что размещение средств ПРО на мобильной основе, например на кораблях в Средиземном море, не обернётся для нас новыми проблемами в будущем. Боевой корабль, оснащённый ракетами-перехватчиками и средствами дальнего наблюдения, может сняться с якоря и приплыть к российским берегам. В итоге вместо противоракет, загруженных в польские шахты, мы получим почти те же противоракеты, но теперь они могут перемещаться в водах мирового океана на палубе американского корабля. Интересно, чем хрен редьки слаще? Я бы очень хотел поверить нашим американским коллегам и выкинуть навсегда из своей головы сомнения относительно истинной направленности создаваемой эшелонированной системы стратегической ПРО. Но, как любил приговаривать в таких случаях Рональд Рейган: «Доверяй, но проверяй!»

"У ОДКБ с НАТО нет официальных контактов. Причина - позиция альянса. Мы много раз предлагали установить взаимодействие, в том числе по таким актуальным проблемам, как борьба с афганским наркотрафиком, противодействие терроризму. Надеемся, что сейчас, после смены руководства альянса в Брюсселе изменят видение отношений ОДКБ - НАТО. О необходимости установления таких отношений говорят многие, в том числе и в самой НАТО. Но пока каких-либо официальных сигналов из штаб-квартиры в Брюсселе мы не получали. Да и сами мы больше не инициируем этот вопрос. Предложений в свое время было достаточно"

Поэтому то, что сегодня было сказано господином Расмуссеном это очень интересно, подлежит тщательному скрупулезному анализу, комментариям дальнейшим. Я думаю, что мы теперь часто будем обращаться к сегодняшней речи бывшего датского премьера. Нам нравится, что его выступление носило позитивный, конструктивный характер, что он обрисовал перспективы и свою личную ответственность в реализации поставленных целей и задач и нам нравится то, что его выступление во многом соответствовало российским внешнеполитическим инициативам и то, что Генсек НАТО подтвердил готовность использовать Совет Россия – НАТО в качестве важного форума, важной дискуссионной площадки для поиска компромиссных решений для формирования новой архитектуры новой европейской безопасности 

11 августа я встретился с новым главой НАТО Андерсом Фог Расмуссеном по его просьбе и сказал ему, что Россия оказалась в сложной ситуации, мы заняты поиском грузового судна. Я также спросил, не может ли НАТО оказать нам помощь. Расмуссен был не в курсе, но пообещал помочь. Но следующий день мне позвонил начальник нашей военной миссии связи и взаимодействия при НАТО генерал Виктор Зиновьев. Он сообщил, что от коллег из НАТО им были получены координаты корабля, который, по их мнению, и есть Arctic Sea. Я сразу же передал эти сведения в Москву начальнику генерального штаба и главкому военно-морского флота. Эти данные совпадали с той информацией, которая была получена нашими специалистами